Рязанский переезд, «призовые» в детстве и фраза, после которой общение оборвалось
Серебряный призёр Олимпиады в Пекине дала интервью Okko в рамках проекта о работе с Этери Тутберидзе. Разговор вышел за пределы льда и прыжков: фигуристка, выступающая теперь под фамилией Игнатова, сообщила, что с отцом не поддерживает связь уже около двух лет.
Спортсменка прямо говорит, что возвращаться к этим отношениям не собирается.
Что стоит за разрывом
Начиналось всё иначе. Именно отец организовывал переезд дочери из Рязани в Москву — без этого шага большого спорта в её жизни могло и не случиться. Но дальше роли в семье распределились так: быт, тренировки, поездки на соревнования тянула в основном мама. Она и стала тем человеком, кто вёл Сашу по спортивной дороге.
Деньги в этой истории тоже звучали. Трусова вспоминала, как в детстве получала от отца «призовые» — поощрение за удачные старты. Тогда это казалось заботой и азартом. Спустя годы те же эпизоды читаются по-другому: со стороны отца было ощущение, что от неё ждут не медалей, а заработка. Юная фигуристка должна была выступать и приносить доход.
В какой-то момент, по мнению самой спортсменки, его слова и поступки начали работать против неё. По её словам, слова и поступки отца подорвали её уверенность в себе — и как в человеке, и как в фигуристке. Это её личная оценка, но она её озвучила публично, а значит, готова отвечать за сказанное.
Разговоров об извинениях Трусова не ведёт. На прямой вопрос, приняла бы она их, ответила коротко: этого не случится, потому что отец никогда не извинится.
«Я не общаюсь с отцом два года — и никогда не буду», — приводит её слова Okko.
Сейчас у неё другая жизнь. Мама, братья, бабушки и дедушки, муж, маленький сын. Фигуристка говорит, что чувствует себя хорошо и рядом с ней те, кто действительно близок. О прежнем она рассказывает без надрыва. Скорее как о факте биографии, который пришлось принять.
Тема отцов и дочерей в фигурном катании всплывала и раньше. Ещё в конце 2022 года вокруг семьи Трусовой разгорался скандал: отец тогда требовал ограничить работу Алексея Ягудина и Татьяны Тарасовой в эфире; Ягудин и Тарасова публично отреагировали.
Публичные признания такого рода в российском спорте звучат нечасто. Обычно семейные истории держат за закрытой дверью. Трусова рассказала об этом сама — в проекте, где говорят в первую очередь о методике и тренировках, а не о личном.
Что это меняет для её карьеры? Формально ничего. Спортсменка давно выступает на своём уровне, у неё есть семья и имя, которое знают даже те, кто не смотрит фигурное катание. Неформально — она обозначила границу.
Дальнейшее развитие зависит не от неё. Ответ отца в публичном поле пока не прозвучал.