Мальчик сорвался с подоконника четвертого этажа — прохожие поймали его в воздухе
Мальчик лет четырех сидел на подоконнике открытого окна и свесил ноги на улицу. Прохожие, заметившие это на 2-й Вольской улице, остановились. Ребенок сорвался вниз, и упасть ему не дали: люди, стоявшие у дома, поймали его на лету.
Четвертый этаж. Для взрослого — переломы, для четырехлетнего — почти наверняка трагедия. Прохожие поймали его до удара о землю.
Медиков вызвали сразу. Врачи осмотрели мальчика на месте и решили, что нужна госпитализация. Сейчас он в больнице, под наблюдением. Что именно с ним — официально не уточняется. Как сообщили в прокуратуре Москвы, ведомство начало проверку.
Почему это повторяется
Случай в Некрасовке — не первый за осень. В начале октября в Пятигорске сотрудник Росгвардии Иван Подшивалов заметил ребенка на карнизе третьего этажа: мальчик вылез через полуоткрытое окно и стоял снаружи. Подшивалов закрепился в проеме второго этажа, страховал его до приезда спасателей, а потом помог завести внутрь.
Тогда обошлось. И сейчас обошлось. Но два эпизода подряд — это уже не совпадение. Спасатели напоминают: москитная сетка не выдерживает веса ребёнка, а открытая створка на проветривании опасна. Взрослые об этом помнят ровно до того момента, пока не случается беда.
По словам очевидцев, мальчик перед падением провел на подоконнике какое-то время. Свесил ноги. Смотрел вниз. Никто из взрослых в квартире не заметил, что происходит.
«Дети выпадают из окон не потому, что родители плохие. А потому, что окно на проветривании — это ловушка, которую не видно до первого шага», — отметили в пресс-службе столичного главка МЧС.
В прокуратуре пока не называют ни точный возраст ребенка, ни обстоятельства, при которых он остался без присмотра. Проверка идет. Родителям, если их вина подтвердится, грозит ответственность по статье о неисполнении обязанностей по воспитанию. Но это потом. Сейчас важнее другое: мальчик жив, и жив он благодаря людям, которые в нужную секунду оказались рядом и не прошли мимо.
Дальше будет больница, обследование, выписка. И разговор с родителями — не только с прокурорскими, а с теми, кто должен был закрыть окно.