Локомотив на перегоне Брянск — Гомель: почему прицельный удар по составу стал новой реальностью приграничья
Сорок четыре года. Столько было машинисту, который вёл грузовой состав на участке Брянск — Гомель. После атаки его увезли в больницу почти сразу. Врачи боролись, но ранения оказались несовместимы с жизнью.
О случившемся сообщил губернатор Брянской области Егор Ковальчук. По его словам, удар пришёлся по движущемуся поезду в районе Новозыбкова. Повреждён корпус локомотива. Больше в официальной сводке — ни слова о том, был ли состав с грузом или порожняком, сколько ещё человек находилось в кабине.
Новозыбков — не просто точка на карте. Это районный центр в считаных километрах от украинской границы. Через него идут железнодорожные ветки в сторону Гомеля, дальше — на белорусскую территорию. Логистика здесь плотная, и поезда ходят круглосуточно.
Картина последних месяцев складывается в неприятную закономерность. Сначала — тепловоз в мае, тогда погибли трое железнодорожников: машинист, его помощник и осмотрщик-ремонтник вагонов. У одного из погибших осталось пятеро детей. Потом — прощание в Унече с машинистом Владимиром Ганжей, чей локомотив также попал под атаку. Теперь Новозыбков.
Что стоит за ударами по рельсам
Железная дорога в приграничье — цель очевидная. Составы везут всё: от бытовых товаров до промышленных грузов. Остановить перегон — значит нарушить снабжение целых районов. И для этого не нужна диверсионная группа на путях. Хватает дрона.
Именно поэтому удары по локомотивам перестали быть чем-то из ряда вон выходящим. Машинист в такой ситуации оказывается самым уязвимым звеном — он в кабине, на виду, и укрыться ему негде. Бронированной она не бывает.
«Погибли наши товарищи», — так в мае написали коллеги о тех, кто не вернулся из рейса. Формулировка, которая повторяется с пугающей регулярностью.
В самом Новозыбкове о случившемся говорят скупо. Люди привыкли к сводкам, но каждый раз надеются, что следующая не коснётся знакомого имени. Как рассказал местный житель, после майских событий на предприятии разговоров о безопасности стало больше, а вот рейсы никто не отменял. Работа есть работа.
Тем же вечером пришли сообщения из соседних регионов. В Белгородской области под удар попала бригада скорой помощи — пострадали три медика. В Липецкой области дрон достал промзону в Ельце, ранение получила фельдшер медпункта. География ударов шире, чем кажется, если смотреть на отдельную новость.
Что будет дальше с перегоном Брянск — Гомель, официально не уточняется. Ремонтные бригады обычно восстанавливают движение в короткие сроки. Но восстановить жизнь машиниста, которому было сорок четыре, уже нельзя.
Следственные органы, как правило, квалифицируют подобные эпизоды по статьям о теракте. Об этом сообщают в ведомствах после каждого такого удара, и нынешний случай — не исключение. Других подробностей пока не приводят.